Цитата Сообщение от Andrey Dikov
В доках пока я не нашел упоминаний об этом эпизоде с тараном - ни в списках потерь и аварий, ни в списках побед (т.е. официально, как и по утверждению летчика, тарана не было, и все это приписывание журноламерский отсос из пальца). Хотя пожалуй авария таки была и машину списали после какого-то из низинских налетов.

С Мясниковым доки трактуют ситуацию однозначно (и я его сыну это сообщал) - ушел поврежденный после боя с немцами и упал. Если бы сбили свои - написали бы.

Хотя тонкий момент - немцы Харитона в тот день не заявляли. Хотя тонкий контрмомент - они в ту неделю Харитонов вообще не заявляли под Питером, хотя точно сбивали. Возможно поначалу путали их с чем-то, МиГами, похоже.

По книге Каберова техники обещали самолет востановить, но веры мемуарам не сильно много... по описаниям самолет был сильно поврежден...

"Спрятав пистолет, я вместе с ребятами подхожу к самолету. Оказывается, он ударился об огромный камень-валун. Мотор сворочен на сторону, ствол крупнокалиберного пулемета согнут. Истребитель, как подбитая птица, лежит на земле, беспомощно распластав свои сильные крылья. Он весь в пробоинах. "


"Откуда дровишки, Саша? — Друзья обнимают спрыгнувшего с машины Грицаенко и разглядывают привезенный нами самолет.— Ерунда, починим. Будет опять как новый!
Не спеша, вытирая руки ветошью, подходит к нам дядя Володя (так называем мы Линника, старшего техника звена). Владимир Трофимович тепло приветствует нас, справляется о моем самочувствии и сразу же переносит внимание на самолет.
Сильно поврежден? — встав на колесо автомобиля, он заглядывает в кузов.
Да, попало малость.
А взамен что? — спрашивает Линник, разглядывая самолет.
Я ответил не сразу. Не хотелось рассказывать про сбитый «юнкере», так как падения его я не видел. Следовало бы подождать официального подтверждения, которое обещал прислать встретивший меня на месте вынужденной посадки капитан. Но Линник ждал ответа, а разочаровывать этого доброго человека не хотелось. Понимая, что севший на болото «юнкере» потерян для фашистов, я сказал; [77]
А взамен, дядя Володя, одного большого.
Да? Значит, это уже второй?
Он крепко пожал мне руку и тут же с гордостью стал рассказывать окружающим, что я одержал вторую победу.
— А самолет мы вам сделаем, товарищ командир. Снова летать будете,— утешает меня Владимир Трофимович."

Интересно почему Каберов так сильно цепляется за свою версию случившегося с Мясниковым?

Впринципе во время написания книги была же какая то цензура?
Ведь когда пилот погибает в неравной схватке с врагом это символично и тд А тут сбит своими...
Зачем все это?
Чисто для красоты сюжетной линии?