Открытое письмо юзера Борменталя
Н.С.Михалкову.
Уважаемый Никита Сергеевич!
Конечно, наивно было бы думать, что в Вашем ЖЖ [info]nikitabesogon меня зафрендили лично Вы. Понятно, что это кто-то из тех ребят, что ведут Ваш блог, и что зафрендили они меня только потому, что я проВас довольно много писал.
Но раз уж так получилось, то у меня есть робкая надежда, что данное Открытое письмо до Вас все же дойдет. Потому и пишу. Так бы не стал. А комментировать у Вас в блоге – бессмысленно, там такой паноптикум, что хоть святых выноси.
Две вещи сподвигли меня на это письмо: я посмотрел "Утомленные солнцем-2. Цитадель" и Ваше видеообращение, где Вы открещиваетесь от "немощного тандема".
Как ни странно, сначала не о фильме, а о стремлении любым путем оправдаться, предстать обязательно в хорошем свете, попытках объяснить, что же происходит, что Вы имели ввиду, искреннем непонимании, за что Вас не любят, почему Вам ставят в вину то, что не ставят другим.
И вот когда Вы начали оправдываться – да-да, Никита Сергеевич, именно оправдываться! – я как-то вдруг понял, что происходит.
Я понял, что Вы – абсолютно искренне! – действительно не понимаете, почему вокруг Вас творится эта вакханалия, чем Вы хуже других людей, почему Вам сладострастно не прощают того, на что смотрят сквозь пальцы у других, из-за чего коверкают смысл Вами сказанного, и прочая, и прочая, и прочая.
А ведь все просто.
Вы выступаете на Всемирном русском соборе, говорите об офицерском корпусе, о гимне - гражданской молитве, о том, что русский человек за деньги воевать не будет, а будет – за идею. И на пальцах рук Ваших при этом сверкают два толстых золотых перстня.
И все.
И ни одно слово Ваше, даже самое красивое, самое правильное, самое выстраданное, не воспринимается, нивелируется этим дутым золотом.
Точно та же история и с мигалкой этой пресловутой, и с гостиницей в Козихинском. Вы искренне удивляетесь, почему когда едет чиновник с мигалкой, то к нему нет такой ненависти, как к Михалкову. А все же просто – этот чиновник не снимал "Рабу любви" и "Механическое пианино", так какой с него спрос? А Вы же режиссер, с Вас и спрос другой. Вы же про духовность говорите, про уважение к народу, про то, что его нельзя унижать. А мигалка у Вас – это унижение того самого народа, мимо которого Вы едете по встречной.
Все же просто.
Ваша проблема в том, что Вы декларируете одно, а делаете – другое. Поэтому и не любят Вас, поэтому и смотрят на Вас через увеличительное стекло, чему тут удивляться.
И гостиница Ваша в Козихинском – тоже унижение. Унижение тех, кому Вы проповедовали уважительное отношение к родной русской культуре, одновременно часть этой культуры уничтожая. Вы на телепередаче – очень искренне! – удивлялись, почему, когда банк строит уродливое здание, это никому не мешает, а когда строите Вы – мешает. Так тоже элементарно: банк никому не рассказывал, как он бережно относится к истории и культуре. С него и спроса нет. А Вы – рассказывали.
Вы как-то совершенно не принимаете во внимание, что взяли на себя роль духовного лидера нации. Получилось или нет – это другой вопрос. Но Вы смело вступили на этот тернистый путь. Вон какой Манифест отгрохали. Письма пишете про духовность, на Соборах речи пламенные произносите. А изменить привычки и образ жизни - забыли. Или не захотели.
А не получится. Тут, как говорится, или трусы, или крестик. А тех кто пытается и невинность соблюсти, и капитал приобрести, тех всегда не любят и относятся к ним предвзято.
Вот Вы с Задорновым устроили беседу на 50 минут с восхвалением друг друга и полным консенсусом. И в числе прочего нашли с ним полное взаимопонимание по вопросу отношения к власти. Пушкина вспомнили, Некрасова. Забыв только один маленький нюанс: Пушкин и Некрасов этих своих малодушных панегириков власти стеснялись. С друзьями ругались, обижались, но это был один маленький позорный эпизод в их биографии, о котором стыдливо старались не вспоминать.
А Вы этим гордитесь.
Разница, на первый взгляд, небольшая, а вот поди ж ты, оказывается – самая суть-то в отношении.
Вот у того же Пушкина можете себе представить в кабинете перед письменным столом портрет, на котором он, Пушкин, запечтален одесную государя императора Николая Павловича? А рядом чтобы висел портрет самодержца? И чтобы Пушки при стихов писании взирал на лик царя для пущего вдохновения?
А у вас над столом Путин, Путин, Путин…
Вам никто не мешает искренне дружить с ним, Боже упаси! Вот только гордиться этим, афишировать и всячески демонстрировать… как-то неправильно.
Вообще, вопрос о взаимоотношении художника и власти – вопрос особый. И не в том дело, что власть надо обязательно не любить и всячески гнобить (хотя именно в этом, собственно, и предназначение демиурга-то, не давать власти светской прибрать к рукам и власть духовную, дух должен сопротивляться, а не панегирики петь). Дело в том, что Вы, как режиссер, в другом измерении живете, ваши интересы в разных плоскостях находятся, и стремление власти забрать себе еще и функции художника, подчинить его своим интересам, заставить работать на себя, должно наталкиваться на сопротивление, а не на радостно распахнутые объятия: "О, да! Возьми меня! Я весь твой!".
Как-то так.
Что совершенно не отрицает того факта, что цели, задачи и идеи и у власти, и у художника могут быть одни и те же. Только они разным делом занимаются. Можно дружить с чекистами, как Бабель, Пильняк, Кольцов и иже с ними, но принимать участие в расстрелах, даже в качестве зрителя, как Есенин – нельзя. Это убивает художника и превращает его в чекиста.
А Вы же художник, Никита Сергеевич!
Вы же виртуозно владели зрителем, практически во всех работах, когда занимались не общественной деятельностью, не заседали в 14 комиссиях и 15 подкомиссиях, пока не возглавляли все, что только можно возглавлять и еще немножечко – чего нельзя. То есть, когда занимались режиссурой, весело, задорно, играли в кино, но играли блестяще.
А то, что вы сняли сейчас – это за гранью добра и зла, честное слово.
Вы удивляетесь, почему Ваши метафоры не читаются, образы не воспринимаются, а сюжетные ходы не заставляют сопереживать.
Так это ж не зритель виноват, Никита Сергеевич! Это Вы виноваты.
Вы восклицаете: "Какими глазами надо смотреть, чтобы этого не увидеть?!". Так Вашими же. Это не мы не увидели, это Вы не показали. Оно что-то там у Вас сложилось образно, Вам все кристально ясно и понятно. Это немало, но зрителю, который ничего не понимает из той многочасовой скороговорки, в которую Вы попытались впихнуть как можно больше, из-за чего ничего разобрать нельзя. Поэтому на первый план и выползают жучки и паучки, но не в качестве символа, заставляющего думать о пантеизме и Божественном присутствии во всех сирых и малых мира сего, а в качестве жучков и паучков, что представляет определенный энтомологический интерес, но как идея – не читается.
И это у Вас, который как никто умел создавать образ!
Помните, как у вас в "Родне" после жаркого спора матери с дочерью на фоне закатного неба долго и медленно летел серебристый лайнер - символ неведомой мечты, желания вырваться из этого ужасного затхлого мира и улететь куда-то туда, где закат, самолет, стюардессы и прочие дайкири? Почему этот образ читался? А комарик – не читается.
А помните, как бежали по склону холма навстречу выжившему другу отяжелевший чекист, легкий бравый кавалерист и партийный деятель, ради такого случая, вышедший из автомобиля? А в траве сидел и плакал офицер-каппелевец, у которого нет таких друзей, не было и не будет никогда? Почему это читалось, а теперь, когда Маковецкий с серьезным лицом берет черенок от лопаты и идет за генерал-лейтенантом штурмовать цитадель, ничего, кроме стыда за автора, придумавшего эту ахинею, не чувствуется?
Помните, Никита Сергеевич, как в самые пафосные моменты, когда герои вот-вот готовы были пережать, сорваться на любимый российский крик и скандал, когда казалось, что вот в эту секунду все станет ходульным – раздавался или крик марала или сообщалось, что "девицей Полищук поймана ворона с голубыми глазами" – и все становилось на свои места, напряжение снималось, и наступал тот самый катарсис, который Вы натужно пытаетесь в "Цитадели" воссоздать – и не получается. Не тянут на катарсис звуки выстрела на фоне природы, мы еще до начала беседы знали, что не застрелит Котов Митю, нипочем не застрелит.
А если б застрелил, то я бы сильно удивился. И так плохо – и так нехорошо. То, что англичане называют win-win situation. И никогда раньше Вы в эту ситуацию не попадали.
Вы утверждаете, что снимали это кино 8 лет. Вы лукавите, Никита Сергеевич. Вы 8 лет занимались чем угодно, заседали и председательствовали, входили в комитеты и в кабинеты, боролись за звания, за должности, за… Да за все. Кроме одного – хорошего кино.
И результат – налицо. Плохо связанные эпизоды, немотивированные поступки героев, нечитаемые метафоры, неудачные попытки выйти на обобщения, которые шиты белыми нитками и нитки эти торчат отовсюду, так что даже неловко как-то. До того, что у Вас - у Вас! - актеры играют плохо. Я бы даже сказал – отвратительно, особенно в сцене возвращения на дачу и особенно дублеры умерших за это время актеров. 8 лет для актера большой срок, некоторые не выдерживают. И при всем уважении, Толстоганова – не Дапкунайте. Я их, правда, обеих не сильно жалую в качестве великих актрис, но Ингеборга хоть не истерит так ненатурально, ее прибалтийская сдержанность была намного убедительней ненатуральных воплей.
Это плохое кино. Очень плохое. Недостойное автора "Рабы Любви". Потому что автор не тем был занят все это время. Не болел фильмом, не страдал, не прросыпался ночью от неожиданных идей, не мучался над сценарием, пытаясь сделать образ еще более выпуклым, понять мотив героя. И герои Ваши не поступали как им вздумается, а покорно и скучно шли вослед воле автора. Поэтому все они там плоские, скучные, неинтересные. Даже когда произносят тщательно продуманные фразы, отчего эти фразы моментально становятся трескучими и ходульными.
Я понимаю, что мое мнение Вас совершенно не интересует, и то верно – кто я такой? Но я ведь, не столько для Вас все это писал, Никита Сергеевич, сколько для себя, уж извините. Точку хотел поставить.
Сообщение от RomanSR
От это полет мысли! Вот бы Михалкова на роль БладРейн! И кровавого вампира Сталина!
Ваши права
Ответить с цитированием
