Почему неорганизованых?Организованных, но это не исключает того факта, что истребительная авиация люфтваффе своей задачи не выполнила - не обеспечила действий своих бомбардировщиков и не помешала действовать бомбардировщикам вражеским. Более того, если в небе рейха, она еще хоть "пыталась" (когда лучше, когда хуже), то на фронтах к концу 1943 года истребители люфтваффе просто "слили". Война отдельно, они - отдельно.
Тактика была порочной. Ну, любили немцы цифры.
Постулат ВВС РККА:
1. "Лучше не сбить ни одного немца и не потерять ни одного своего "бомбера", чем сбить троих немцев и потерять хоть один свой "бомбер".
Этот постулат у немецких летчиков-истребителей вызвал бы только улыбку: "Ни хрена! "Три за одного" - это рулез!"
2. "Главное - удар!" - т.е. за эффективность удара наносимого "бомберами" летчики-истребители эскорта несут такую же ответственность, как и летчики-бомбардировщики.
"Ни хрена" - скажут эксперты люфтваффе, у нас своя задача, у "бомберов" - своя.
И не надо думать, что эти недостатки истребителей люфтваффе появились только в 1943 году.
М.Спик "Асф люфтваффе", читаем: "... Потери немецких бомбардировщиков в первые шесть дней операции «Адлерангриф» составили 125 машин. В их числе были 43 пикировщика Ju-87 — самолета, сильно уязвимого для противника, который после ужасной бойни 18 августа больше в боях над Британией не использовался. Истребители прикрытия сражались яростно — свидетельство этому 56 потерянных Мессершмиттов Bf 109 и 63 Bf 11О.
Британская истребительная авиация за тот же период лишилась менее 100 самолетов, хотя постоянное завышение числа сбитых машин вводило пилотов люфтваффе в заблуждение, создавая иллюзию гораздо большего количества поверженных врагов. С другой стороны, малоприятная истина заключалась в том, что в среднем люфтваффе теряли по 49 самолетов в день, что было совершенно недопустимо (лишь 17 августа по причине нелетной погоды ни одна из сторон не понесла потерь).
Жалобы экипажей немецких бомбардировщиков на недостаточную истребительную поддержку вынудили командование отдать приказ о более тесном порядке взаимодействия большинства истребителей сопровождения с бомбардировочными формациями, чтобы не допустить их перехвата противником. Дополнительной мерой, принятой в этот период, была замена нескольких командиров истребительных частей молодыми и преуспевающими пилотами. Одним из первых извлек пользу из этого решения Адольф Галланд, продвинувшийся по службе и получивший под командование 26-ю эскадру. На посту командира III/JG 26 его сменил Герхард Шёпфель, а командование эскадрильей 9./JG 26 принял на себя Хайнц Эбелинг. Из других вновь назначенных командиров эскадр можно отметить Гюнтера Лютцова (1С 3), Ганса Трюбенбаха (JG 52) и Ханнеса Траутлофта (JG 54). Ввод в строй новых лидеров почти немедленно сказался на ходе боевых действий. Хотя пилоты-истребители люфтваффе не очень-то любили летать в качестве сопровождения бомбардировщиков, не без оснований объясняя это тем, что терялось их преимущество в скорости, высоте и внезапности, тем не менее за последние две недели потери немецкой авиации составляли 21 самолет в день — т. е. снизились на 60%. Больше всего от этого выиграли бомбардировщики и истребители Вf 110 — средние потери одноместных истребителей оставались на уровне 11 машин в день! Средний уровень потерь британских истребителей не изменялся: 19 самолетов в сутки. ..."
Переведем на более понятный язык:
12 августа 1940 года немцы начали операцию "Удар орла". За первые 6-ть дней (точнее 5-ть, т.к. один день не летали) люфтваффе теряли в среднем 49 самолетов каждые сутки - итого 244 шт. Намного было хуже то, что бомбардировщики не только терялись, но и резко упала эффективность их ударов. И командование люфтваффе делает вполне логичный шаг - переводит истребители на непосредственное сопровождение бомбардировщиков. Потери тут же падают более, чем вдвое с 49 до 21 машины в день (у бомбардировщиков на 60. Соответственно наверняка и возросла эффективность бомбардировочных ударов.
А в чем подвох? А подвох-то в том. что у немецких истребителей резко упала результативность. Нет, реальные потери истребителей RAF остались такими, какими и были - около 100 истребителей за первые 5-ть дней (до того, как немцы перешли на непосредственное сопровождение "бомберов") и потом 19 самолетов в день. Резко упала "заявленная" результативность, где-то в три-четыре раза.
И покатило нытьё... Адольф Галланд "молодой и ранний" разразился: «... Их (истребителей) задача — нападать, следить, охотиться и уничтожать врага. Только таким образом энергичный и искусный пилот может проявить свои способности. Поручи ему трудное и ограниченное задание, лиши его напрочь инициативы, и тогда ты заберешь у него все лучшие и наиболее ценные качества, которыми он обладает: агрессивный дух, радость действия и охотничью страсть».
Видал-миндал! Мы-то "убогие" считаем, что задача истребителей сделать всё, что бы прикрываемые ими "бомбёры" нанесли эффективный удар, а вот Галланд (который не стеснялся себя называть Рихтгофеном 2-й МВ) считает, что главное это "охотничья страсть". Самое-то интересное, что Галланд был не одинок. Так рассуждали все летчики-истребители. Тут бы Герингу стукнуть кулаком и прорычать: "Молчать! Сучьи дети! Хоть умрите в непосредственном прикрытии, но что б у "бомберов" ни единой дырки!.." - но и Геринг был со своими летчиками-истребителями согласен, ему ведь сводку о сбитых ангичанах фюреру "красиво подать" надо, так что б сбитых побольше.
Кончилось всё тем, что истребители люфтваффе перестали сопровождать свои бомбардировщики непосредственно, потери "бомберов" опять выросли, эффективность ударов упала и Германия "битву за Британию" продула.
Парадокс в том, что проигрыш немцев ничему не научил. Символом истребителей люфтваффе стала "сводка", и что б в ней сбитых "побольше-побольше..."