800 дней. Разбор полетов.

[3BAG_ANDY]

тем временем..... снова пошел на риск, но бросить товарища не мог

А в РОФ есть возможность спасения? Такое было в Ил2 в проектах - нужно было сесть рядом с самолетом. В Беллуме и Пандоре я так друзей спасал. Уважаю

[zuboff]

А в РОФ есть возможность спасения? Такое было в Ил2 в проектах - нужно было сесть рядом с самолетом. В Беллуме и Пандоре я так друзей спасал. Уважаю

а вы обучение значит не проходили сразу со школьной скамьи и в бой

[3BAG_ANDY]

а вы обучение значит не проходили сразу со школьной скамьи и в бой

Каюсь... Занятия пропускал, "Я" за меня кричали товарищи, сам был в гостях у знакомой француженки

[ROSS_DiFiS]

тем временем..... снова пошел на риск, но бросить товарища не мог
спасение лейтенанта Даниеля или один день из жизни бота

Посмотрел. Классной сделал. Понравилось )))
Наконец ты реализовал свою затею со спасением

[SilverFox]

Да в кампании "Обучение" и нет спасения никакого.

[zuboff]

Да в кампании "Обучение" и нет спасения никакого.

как. вроде раньше была миссия где надо было спасти пилота, если не в обучении, значит в одиночных миссиях... но наверное на спаде 13, что и ввело меня в обман по поводу обучения...
ньюпорт -17 почту доставлял, а спад-13 спасал пилота... но надо проверить

[SilverFox]

Именно в отдельных миссиях да, была.

[DogEater]

Ясту 6 перевели под Реймс. Сидим значительно дальше от линии фронта. Топляк заправляют по максимуму на любой вылет.
Больше пространства, ориентиров меньше и на снегу они видны хуже. Холодно, -9 -11 по Цельсию. осторожничаю с двигателем.
Местность по нашу сторону ЛБС уже вроде знакома, местность за ЛБС - тем более, это ведь место быстрого вылета в миссиях.
2 января погиб Вольф Дтирих, последний из тех кто летал с Максом в том знаменитом вылете "пятёрки асов", когда было сбито в бою 8 вражеских аппаратов без потерь с с нашей стороны.
Погиб глупо, оторвавшись от группы и спустившись крутится с "карлсонами", о его гибели написали вражеские газеты.
На его счету было 20 побед.
На следующий день Макс летал мстить, но в бой не рвался, дважды избегал сближения с большими группами, которые шли с превышением в высоте.
За линией фронта он встрял в карусель кторую крутили лётчики соседней ясты и сумел сбить 2-х оторвавшихся от строя ньюпоров 17, судя по голубому флагу - из 12 эскадрильи.
Поле долгого полёта домой, в котором опаснее было переохладить двигатель чем встретить вражеский патруль, Макс стал заходить на посадку.
Колдун стоял параллельно земле, словно напоминание о древнегреческом царе Приапе, о котором Маску рассказывал преподаватель греческого в лицее.
Уточнив ветер по колдуну он стал снижаться, пришлось заходить по склону холма. Мысли о погибшем Вольфе отвлекли его и довернув против ветра Макс неожиданно понял что снижается против солнца и совершенно не видит земля из за искрящегося снега. Удар - о склон, ещё удар и самолёт переворачивается на спину. Макс инстинктивно выключил зажигание и пригнулся в кабине как мог.
Его быстро вытащили из под разбитого новенького Альбатроса. Техники тут же пообещали к завтрашнему дню заменить винт.
Макс вспомнил одного курсанта из лётной школы который утверждал, что над Францией ветер дует всегда в одном направлении и не сильно, так что можно садиться в любом направлении...
Этот курсант был скорее всего мёртв, как и все те, с кем Макс начинал воевать.
Молодые унтеры и лейтенанты смотрели на него с благоговеньем как на живую легенду, а Макс чувствовал себя стариком, который до смерти боялся подниматься в небо...

[Eponsky_bot]

Макс вспомнил одного курсанта из лётной школы который утверждал, что над Францией ветер дует всегда в одном направлении и не сильно, так что можно садиться в любом направлении...
Этот курсант был скорее всего мёртв, как и все те, с кем Макс начинал воевать.
...

Тот курсант видимо не мог поверить в мастерство французких летчиков, и умение благополучно сажать самолет при любом направлении ветра ...

[SilverFox]

А 103-я давно переведена южнее , под Manoncourt-en-Vermois (как это по французски звучит?) Местность более холмистая, труднее совершать вынужденную. Летаем на 17х, 11е постепенно кончились. Немцев становится все больше и встреча с двумя тройками не редкость. Чаще стали летать DFW с прикрытием Альбатросами. Альбатросы вяжут нас боем, а DFW проникает на нашу территорию. Поди догони его потом, так как бой все непременно катится вниз , а DFW остается вверху. Раньше Люку попадались среди сбитых им майоры , а сейчас все больше унтерофицеры да фельдфебели.

[DogEater]

А 103-я давно переведена южнее , под Manoncourt-en-Vermois (как это по французски звучит?) Местность более холмистая, труднее совершать вынужденную. Летаем на 17х, 11е постепенно кончились. Немцев становится все больше и встреча с двумя тройками не редкость. Чаще стали летать DFW с прикрытием Альбатросами. Альбатросы вяжут нас боем, а DFW проникает на нашу территорию. Поди догони его потом, так как бой все непременно катится вниз , а DFW остается вверху. Раньше Люку попадались среди сбитых им майоры , а сейчас все больше унтерофицеры да фельдфебели.

Большой город рядом какой?

[SilverFox]

Это чуть юго-западнее Сен-Никола-де-Пор.
Нашел на карте Гугля - Манонкур-ан-Вермуа называется.

[Eponsky_bot]

.Манонкур-ан-Вермуа .

Silver, не ругайся

[DogEater]

Траляля, трамтарарам!! Сегодня ходил спрашивал сколько будет распечатать лист А3 и вспомнил, что карты то поменялись, города же новые
придётся делать по новой .
Кстати, я спрашивал про "большой город", Верден там, Амьен или Лилль...

[SilverFox]

От Мец на юг Будет Нанси, а от Нанси на югозапад будет этот ну... Ну не буду ругаться Ну а где Мец ты знаешь.

[DogEater]

От Мец на юг Будет Нанси, а от Нанси на югозапад будет этот ну... Ну не буду ругаться Ну а где Мец ты знаешь.

Конечно
Эк же вас занесло на восток то...

[Eponsky_bot]

От Мец на юг Будет Нанси, а от Нанси на югозапад будет этот ну... Ну не буду ругаться Ну а где Мец ты знаешь.

Блин, а я вот только на 30 октябре остановился. Когда же снег будет. Уж больно хочется смены декораций, для лучшего восприятия прогресса.

[Schalker]

От Мец на юг Будет Нанси, а от Нанси на югозапад будет этот ну... Ну не буду ругаться Ну а где Мец ты знаешь.

а километров так 90 на восток от Метца - будет дом ))) там семья, дом, и садик с вишнями и яблоками.

и там летают самолёты

--- Добавлено ---

22 сентября 1916
первый раз - больше часа в воздухе.

[SilverFox]

У нас в феврале еще снег лежит, не смотря что юг.

[Eponsky_bot]

У нас в феврале еще снег лежит, не смотря что юг.

ну то что на другой аэродром переведут - это хорошо. Хоть какое-то разнообразие

[DogEater]

Я погляжу приличным людям уже третьи альбатросы стали давать, а мы всё на старье летаем.
С удивлением обнаружил, что теперь мы сидим вдвое дальше от ЛБС чем аэродром Леффинкор, с которого раньше была кампания на фоккере-7.
Там всё так же сидит та же самая яста 9.

[SilverFox]

Классный аэродромчик и самолетики замечательные Это уже Германия, как я понимаю ?

А по результатам с картой и местами событий были ли именно сбиты твои напарники или разбились? Карту теперь то же можно прикладывать к отчету. Это хороший дополнительный материал отчета. И еще вопрос, на чем противники ваши были?

[Schalker]

Классный аэродромчик и самолетики замечательные Это уже Германия, как я понимаю ?

А по результатам с картой и местами событий были ли именно сбиты твои напарники или разбились? Карту теперь то же можно прикладывать к отчету. Это хороший дополнительный материал отчета. И еще вопрос, на чем противники ваши были?

Разведчик был на Airco D.H.2
Бой вели с тройкой Nieuport 17
Потом в филда поднялась еще пара Airco. Одного затаранил мой ведущий, второго Airco я вел под наши зенитки. И довел ))


Как прикладывать карту к отчету ?

[Ярзай]

- Я его по всему госпиталю с собаками ищу, а он вот где!
Шварцрабе оглянулся, и увидел фон Бера, идущего к нему.
- Дани! Ты что, решил с войны сбежать?
- Да я бы рад, но пока только до утра Граф отпустил. Я сегодня в 11 вылет сделал, а потом к Графу пошел, герр оберст, говорю, разрешите в Дуэ съездить, товарища навестить, ну я про тебя ж, понятное дело. А он смеется – знаю, говорит вашего рыжего товарища, фон Бер… Но к Шварцрабе тоже обязательно зайдите, к товарищу потом. И ровно в 7 утра чтоб вернулись... Нет, но какая сволочь ему про Ильзе растрепала… Я вот узнаю, так я не посмотрю…
- Погоди, погоди, -смеясь перебил его Александр, -ты сказал «оберст»?
- Ну да, два дня назад приказ пришел.
- Рад за него, ты поздравь от меня… Да я и сам попозже поздравлю, думаю еще день-два, и обратно в йасту.
- Это хорошо, тебя не хватает, да и ребята волнуются. А насчет Графа…-Даниэль понизил голос, - ты знаешь, может оно и не совсем здорово.
- Ты про что?
- Поговаривают, командование снимает с лётных должностей всех офицеров, от майоров и выше, и переводят их на штабную работу.
Шварцрабе присвистнул.
- Ничего себе, а кто же летать будет?
- А тут самое интересное. Нам сейчас в эскадрилью шлют новичков-унтеров. И с других эскадрилий народ переводят – фельдфебелей в основном. Офицеров у нас - я, ты, да Ешенбах. Чёрт, чуть не забыл, еще одного перевели, фон Шлабрендроф. Ну да и Граф пока не ушел. Слышал я что в штабе у него связи, надавил вроде на кого-то, не хочет небо бросать… Но не знаю, не знаю…
- Да ладно, не думай об этом раньше времени. Так у нас пол-эскадрильи унтеров сейчас?
- Точно. Но тут еще кое-что. Они у нас дольше двух дней не задерживаются. Приходят, оберст их в небо швыряет – летают по три-четыре вылета в сутки – это унтеры-то! – а через два дня приказ – и их переводят, а вместо них новых шлют.
- Хм… А ты что по этому поводу думаешь?
- А что тут думать. Явно где то заварушка идёт. У нас пока спокойно, хоть и фронт, так молодежь и посылают из тыла, вроде пороха нюхнуть… Финальный экзамен, можно сказать. А потом на бал. А мы с тобой получаемся вроде как лётных инструкторов при них.
- Да? А отчего вдруг унтеров, а не офицеров?
- Не поверишь, слух идет, что из-за «Альбатросов» наших. Больно уж хороши. Вроде как наверху какой то умник решил, что на таком убер-аппарате летать любой щенок сможет, а офицеры в штабе нужнее – больше пользы принесут.
- Слух идет, говоришь… хм… Ну, может быть… Ладно, гадать не будем. Давай лучше расскажи что там наши, все живы?
- Все… - грустно усмехнулся фон Бер – Ты вспомни, сколько там наших «всех». Оберст, ну да и мы с Ешенбахом. Еще фон Траппенфельд из старичков. Я остальных и запомнить то толком не успеваю с этими переводами…
- Постой. А Шмитц? Его тоже перевели?
- Нет. Шмитц разбился…

… Ахим Шмитц возвращался из патрульного облета линии фронта. Вылет прошел спокойно, происшествий не было. Еще один рутинный вылет.
«Не люблю такую погоду. Точно что «доннерветтер». Что за глупость – солнце светит, видимость на миллион, а швыряет туда-обратно, как будто на телеге еду. Так, ветер с севера. Надо тогда южнее взять от города, чтоб потом не вертеться, а побыстрее на посадку зайти. Чёрт. Надо все таки с Ешенбахом поговорить. Что-то я завелся тогда, наговорил лишнего. Ну он тоже хорош, чего вдруг он учить вздумал, что сведение на 150 метров делать надо. Может, пузыри жечь оно и здорово, а к самолетам же все равно поближе подходишь, на хвост садишься. На минимум ставить надо, метров на 50, и хорош. Дал залп – и обломки посыпались. Так, тут надо ангары перетянуть, если с юга заходить, чуть больше газ. С другой стороны, я же сам на пузыри ходил охотится. Все правильно – кто-то в звене атакует, а кто-то крутится рядом, следит за небом. Поджечь баллон тоже сноровка нужна, вот и ставят Ешенбаха их рубить. А другие самолёты сбивают. Нет, всё-таки надо извиниться. Мы же одна команда, одна йаста. ШАЙСЕ!..»
Когда «Альбатрос» Шмитца пролетал над ангаром, внезапный порыв ветра швырнул лёгкий аэроплан вбок и вниз, тот задел крылом крышу ангара, крутнулся, и со всей силы ударился о землю. Пилот умер, по всей видимости, мгновенно…

- Чёрт. Жаль парня.
- Да не говори. И Ешенбах хмурый ходит. Он же тогда поцапался со Шмитцем, ты помнишь… Я ему говорю, ты что, мол. А он мне говорит, что сейчас уже никому ничего не докажет. Хоть сотню аэропланов собьет, а для Шмитца уже навсегда он убийца-баллонов. Не исправить.

Шварцрабе и фон Бер помолчали.

- Ладно, Дани, ты то сам как? – нарушил тишину Александр, - Много полётов?
- Да не сказать, чтоб мало. Но как то без ума всё. Я ж тебе говорил – Граф унтеров облётывает. Ставит в звено старика, молодых двух и шлёт поближе к фронту. А в воздухе тишина. Точно говорю тебе, в другом месте где-то заварушка. От нас даже бомберы не летают. Один раз ДВФ провожали к Аррасу, там два Ньюпора поднялись навстречу. Мы их шугнули, а пока крутились – смотрю – бомбер наш уже назад идет. Я даже не понял, скинул он бомбы, нет… А то может фотографировать летал. Не разберешь.
- Что, за всё время один бомбер?
- Ну не совсем. Вот буквально вчера нас по тревоге подняли – мол, идут на нас «туситтеры». Я пошел, и опять два молодых. Я ругнулся еще про себя, думаю, тут дело серьёзное, где старики, чёрт? А, ладно, не выбирать. Летим к югу, смотрю, точно, четыре точки прут в нашу сторону, ну, думаю, держись. Ближе подходим – наши ДФВ. Всё, значит перепутал цели… Пока я тут на наших бомберов охочусь – союзнички уже, небось, и прорвались, и отбомбится успели. Повел молодых за собой к северу, пол-часа кружили над фронтом… Никого. Возвращаюсь – жду головомойку. А Граф доволен – поздравляет, говорит что задание выполнено.
- Выполнено?
- Ну да, потом Ешенбаха встретил, говорю, ты что же, фогельшайсе, со мной не взлетел. А он и говорит, что его оберст попридержал, когда он на поле дёрнулся. Так что я думаю, никаких «туситтеров» не было ни черта, а Граф опять молодых обкатывал.
- С него станется.
- Вот и я о том же. Ладно, Алекс, пойду я… Кстати, тебя там подарочек ждёт небольшой, как вернёшься в йасту…
- Что за подарочек?
- Ну ты же француза того посадил, так…
- Что?!

… Шварцрабе совершал одиночный вылет. Цель – вражеский аэростат над железнодорожной станцией Арраса. Время – восемь утра. День обещал быть замечательным. Стояла великолепная погода.
Как здорово было лететь!
Лучше этого не могло быть, наверное, ничего в жизни.
Настроение было поднято до предела, без каких либо особенных причин. Самолёт, казалось, угадывал малейшие желания пилота, и спешил им подчиниться… От избытка чувств хотелось петь.
Александр не знал, что такое настроение ирландцы называют «фэй», и оно, по их поверьям, предшествует катастрофе.

Линию фронта Александр пересёк без проблем. Аэростат удалось зажечь с одного прохода. Навстречу рванулся «Ньюпор». Вираж, две короткие очереди – француз пошел к земле. Шварцрабе даже удивился той лёгкости, с которой он уничтожил врага. Можно было возвращаться домой, задание выполнено, но… Вот! Километрах в двух к северу еще один аэростат. Ну что, поможем пехоте?

На половине пути его перехватили два француза. «Ньюпоры». Но, по всей видимости, госпожа Удача была сегодня на стороне хауптмана. В последовавшей двухминутной схватке сбить врагов Александру не удалось, но кровь им пустил. Набирая высоту для захода в атаку на аэростат, он посмотрел вниз. Один «Ньюпор» виражил около земли, второй же пытался набрать высоту, и дотянуться до Шварцрабе, но ему явно не хватало силёнок – подраненный движок чадил изо всех сил. Решив, что опасаться ему нечего, Александр спокойно набрал высоту, и атаковал баллон.
Успех. Теперь уж точно, пора домой.
И полёт, и посадка прошли без проблем. Правда при приземлении хауптман услышал шум зенитных разрывов, но внимание его было полностью поглощено предстоящей встречей с землей. Краем сознания он подумал, что скорее всего над аэродромом опять кружит вражеский разведчик, и зенитчики лупят в белый свет, надеясь, что по счастливому стечению обстоятельств траектории чужого аэроплана и нашего снаряда сойдутся в одной точке.
А когда Шварцрабе, катясь по полю, убрал газ, и обернулся, он с непониманием, почти моментально перешедшим в ужас, увидел, что прямо на него пикирует самолет, протягивая к земле щупальца трассеров.
По счастью Александр не успел заглушить мотор – он резко прибавил газ, и стал набирать скорость, надеясь, что для враг этого не ожидает, не сразу среагирует на изменение обстановки, и не успеет подкорректировать огонь.
Так и вышло.
«Альбатросу» удалось взлететь, и сцепился с противником. Опять «Ньюпор», и снова француз. И вновь, через минуту, Шварцрабе удалось, если судить по сизому шлейфу, потянувшемуся за «Ньюпором», продырявить тому бензобак.
Но тот не спешил оставлять поле боя.
Ситуация складывалась патовая. Если француз попытается уйти – Шварцрабе легко догонит его, и собьет. Если Шварцрабе попытается приземлится – то француз вполне может снять его при заходе на посадку. Оставалось кружить и ждать, когда у француза кончится горючее.
Ситуацию осложняли зенитки. Свои же чёртовы зенитки. Они азартно лупили по французу, но в пылу боя снаряды и пули уже не раз пролетали в опасной близости от «Альбатроса».

И то, что должно было случится – случилось. Удар, звон в ушах, потемнело в глазах… То ли «Ньюпор» смог извернуться и ужалить, то ли свои… У Шварцрабе осталась одна мысль, посадить самолет, посадить… черт с ним французом… где он? Не вижу. Посадить самолет. Может наши собьют… посадить самолет….

… -Ну а мы смотрим, ты катишься, а буквально в сотне метров за тобой француз сел. У него горючка до капли вытекла. Мы с Ешенбахом к тебе, молодежь к французу. Тебя достаем – ты в крови весь, не понять, живой или нет. Ну мы сдаем тебя коновалам,а те везут тебя в госпиталь. Француза чуть на месте не придушили – Граф остановил. Потом мы еще с Ешенбахом к зенитчикам ходили… Поговорили.
- Вы что, подрались?
- Немного. Ешенбах с одним из них схлестнулся. Остальные не полезли. Сам понимаешь, одно дело, когда один на один, а если б лётчики против зенитчиков пошли, тут уже и до военно-полевого суда недалеко. К тому же нам еще летать над этим аэродромом. Но, боюсь, отношения у нас сейчас не самые дружелюбные. Да! Так я о чём, «Ньюпор» то сел в целости и сохранности. Наши механики и свинтили с него пару приборов, перед тем как разведке этот самолёт отдать.
Граф решил тебе отдать анемометр, да термометр – они французские же. А то у томми приборы непонятно что показывают, чёрт разберет как они по ним летать умудряются. Так что небольшой, но подарочек.
- Ну, спасибо, действительно здорово.
- Ладно, Алекс, ты давай, поправляйся, а я пойду, пожалуй.
- Давай, Дани, удачно тебе с товарищем пообщаться.
- И ты туда же? – фон Бер деланно нахмурился, но тут же улыбнулся. –Завидуете, знаю! Ладно, пустое. Бывай.

Это было в субботу, 21 октября 1916 года. А уже в понедельник, 23 октября, хауптман Шварцрабе вернулся в расположение своей эскадрильи.

[DogEater]

Про зенитчиков качественно написал. А как насчёт репортажей?